В небеса подняться как птица,
На другой земле приземлиться.
Улететь я хочу, улететь.
Находясь у могилы близких,
Я мечтаю о звёздах далёких,
Чтоб не видеть мне лживые лица, не смотреть в пустые глаза,
О горячем я солнце мечтаю, не держите меня тормоза.
Улететь я хочу... навсегда.
Не о чём уже не жалея, на просторы родные гляжу,
Там под небом прозрачным, южным я согласна одеть паранджу.
И багряный закат своей жизни я хочу провести с тобой,
Там под небом прозрачным и чистым стану третьей твоей женой.
Буду третьей, но самой любимой, самой верной и самой родной,
Я молю, я прошу у Бога - забери побыстрее с собой!
Знаю, пока мы вместе, ни беде, ни нужде не быть,
Только хочется вечерами на луну по-собачьи мне выть.
Ведь родили меня по-русски, и по-русски я буду жить,
Русским хлебом я буду питаться, русскую воду буду я пить.
Я по-русски люблю смеяться,
И по-русски пишу стихи,
Я по-русски люблю целоваться,
И по-русски мне отпустят грехи!
(Не из автобиографии) январь 2007 года.
Симбирский иуда низложил Царя,
Народ превратя в скотину,
Картавые бредни повсюду неся,
Он путь указал в пропастину!
Народ православный звездой озвездил,
Под молот ложиться заставил,
Он русскую землю собой осквернил,
На ней столько скорби оставил!
2
Грузинский иуда был шестипал,
А значит помечен Богом!
Как изверг, как деспот, как гавиал
Косил он народ ненароком!
Соткал покрывало из русских костей
И бросил себе под ноги,
«Берлин-Сахалин» - нет дороги грустней,
Могилы кругом и остроги!
Страх и жестокость превознося,
Узнали мы слово «израяль»,
Хвалебные оды себе поднося,
Россию пред миром охаял.
3
Никитка весёлый такой и простой,
Хрущёвками Русь всю застроил.
Весною запахло, листвой молодой,
Народ он чуть-чуть успокоил.
Дорогу к звёздам нам проложил,
Поля кукурузой засеял,
Он жил словно пел, ни о чём не тужил,
В народе тоску он развеял.
4
Звон медалей раздается,
Ордена идут врядок,
Свет от звёзд на землю льётся, -
Столько Лёня уволок!
Да не жалко, пусть берёт, бряцает, играется
И целует всех подряд, пусть только не зазнается!
5
Служебный автобус у ГУМа стоял,
Расставлены были сети,
Андропов народ у дверей собирал,-
А то распустились, как дети!
6
В баре «Охотник», что возле Кремля, грянули русские песни,
Солнце и море, любовь и глаза, пели о нашей жизни.
Голос певицы или певца был необычно низкий,
Всё хорошо, но одна лишь беда, - Черненко не знал английский.
7
А говорят, был ещё Маленков,
И кто же об этом вспомнит?
Да чёрт с ним, где он таков!?
В могиле давно уж сохнет!
8
Нас перестроили и углубили,
Водкой глаза заливать запретили.
Сколько ж народа в Афгане сгубили!?
А сколько голодом заморили?
Ну и Союз под шумок распустили!
9
А в России опять мор,
В президенты к нам зашёл
Всегда трезвый дирижёр!
Жид похуже не нашёл!
10
И не знаю для чего, телевизор я включала
И последнего видала.
Худосочен и спортивен,
Счастлив, вежлив и активен.
Я б сказала, что он юрок,
Понагнал в Россию чурок.
Пред иудами учтив,
Сколотил из них актив.
В том активе планы зреют,
Над Россией руки греют.
А у Думского крыльца
Нет уж русского лица!
У жидов бумаги в папках!
А у чурок ноги в тапках!
Февраль 2007 года.
Черные двери в чёрных домах,
Черные ангелы на небесах,
Черные рыбы в черных морях.
Черная мерзость над миром встаёт,
Черная тайна в том мире живёт,
Черный град на людей упадёт,
Черная язва от града пойдёт.
Черная жаба в болоте сидит,
Черный предатель Бога хулит,
Черное солнце землю палит,
Черный город под солнцем стоит.
Черное облако в небе плывёт,
Черная кровь по жилам течёт.
Черная молния землю встряхнёт,
Черная птица не запоёт.
Червь земляной по России ползёт,
Злобная зависть не дремлет.
Сколько Россию ногами пинал, знают глаза и уши,
Подлый иуда долго плевал в светлые русские души!
февраль 2007 года.
ГЛАВНАЯ