"Да, я дворянских кровей, совершенно не обидчив и землю под собой чувствую остро."
"ЧЁРНАЯ СОТНЯ" лояльно относится к евреям атеистам и к крещённым евреям."
Но он не расскажет об этом.
Сороку с удавом сосватать скорей,
Чем наш оборот с переплётом.
Отец его Йоська - коряги кривей,
Раввином служил в синагоге.
Мать же его - всех жидовок рябей,
Была чуть красивей бульдоги.
В Варшаве на рынок ходила она
С большою плетёной корзиной.
Варшавских торговок боялась она, -
Могли отхлестать и лозиной.
Селёдку и яблоки чуть осмелев,
К обеду она покупала
И в бочку с селёдкой совсем обнаглев,
Культяпки свои окунала.
Хозяин селёдки был крепкий мужик,
Жидовскую наглость заметил,
По морде давать ещё с детства привык,
Под глазом жидовке пометил.
Тадеуш Иосич уехал в Москву,
Судьба ему вслед улыбалась,
И маму в Варшаве оставив одну,
Жена ему здесь повстречалась.
Тадеуш Иосич - хороший еврей,
Крещён, причащён и обвенчан!
Давай закрывай балаган поскорей!
Тадеуш наградой отмечен!
Тадеуш Иосич любит стихи,
Читает он их запоем.
Жиды его считают грехи
И называют "гоем".
С небес громыхнуло и полило.
Тадеуш вдруг стал идейным,
В "ЧЁРНУЮ СОТНЮ" его занесло,
Бороться с грехом иудейным.
В своем "ЗАЯВЛЕНИИ" он указал,
Что "СОТНЯ" - всей жизни путёвка,
Просил он, чтоб Штильмарк его записал,
Иначе - крючок и верёвка!
Затылок Робертыч умно почесал,
В глазах засветился восторг,
Подумал, подумал... и записал,
Не гнать же зятька за порог!
Тадеуш и Штильмарк - большие друзья,
На кухне дела обсуждают.
Крещённый еврей - мил и свеж, как дитя,
Друг друга они обожают!
Эх вы господа, господа, господа!
Зачем вы гневите Бога?
Ведь каждую ночь и сейчас и всегда
Манит всех жидов синагога!
----------------------------
Все в чёрном, ноги в сапогах,
По рожам видно, что не спали,
Седьмые сутки на ногах.
Навстречу шёл им старец древний
С седою белой головой:
"Куда идёшь ты жид крещённый?
Зачем ты чёрный весь такой, не стрижен, с длинной бородой?"
"Жиды мы бедные в печали
Идём дорогую молясь,
В пути мы сильно истощали", -
Поведал жид перекрестясь.
"Автобус наш давно сломался,
И нету денег починить.
Наш командир перепугался,
Велел в народ идти просить.
Идем мы, старец, по России,
"Жиды!" - кричат нам там и тут,
А он велел, чтоб мы просили,
Жидам мол больше подадут".
- Как имя этого ...ераста,
Который вам велел страдать?
- Он сын писателя-фантаста,
Мы ж из отряда номер пять.
Автобус был с металлолома,
В собесе выдан возле дома,
При предъявлении диплома,
Как многодетному отцу,
С жидами первому борцу.
И надо нам совсем немного,
Чтоб драндулет тот завести.
Чтобы закончилась дорога,
Должно чуть-чуть же повезти.
И старец будто бы очнулся,
Лесное эхо раздалось,
На небе месяц покачнулся:
"Жидов...жидов-то сколько развелось!"
ГЛАВНАЯ